Грузить все фики по одному оказалось слишком нерационально. Поэтому часть из них будут лежать в таких вот сборниках, зачастую объединенные общим фандомом (но могут попадаться и кроссоверы, как здесь).
И да, мой внутренний тыжтехнарь решил все максимально оптимизировать. Поэтому при клике на название работы будет раскрываться ее шапка, при клике на «читать» внизу шапки - сам текст.
«Кленовый лист» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (750 слов)
Герои: ОМП
Метки: AU, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: Мир сгорал, рассыпался в жутком пожаре ядерной войны. Двуногим, воевавшим за что-то свое, не было никакого дела до природы, измененной навсегда злыми невидимыми лучами радиации...
ЧИТАТЬ
Сгорал в радиоактивном пламени лес, рассыпался в мельчайшие частицы пепла, густо укутывающие землю черным снегом, умирали от лучевой болезни коты.
Пепел взлетал из-под лап от каждого движения, забивая и без того пересохшее горло, царапал давно уже кровоточащие странной, неправильного цвета, зеленой кровью подушечки лап. Сиплое дыхание вырывалось из раскрытой пасти, некогда ярко-зеленые глаза помутнели и с трудом различали дорогу перед собой. Когда-то мягко светившаяся в солнечных лучах золотистая шерсть теперь была припорошена пеплом, насквозь прожжена радиацией, местами виднелась оголенная кожа, такая же обожженная.
Безымянный кот, некогда Львинохвост, а теперь просто одна из многочисленных жертв ядерной войны, куда-то шел. Движение было единственным, что помогало ему не умереть, словно он пытался уйти от неумолимой старухи с косой. Он шел, шел, шел. Шел днями и ночами, не останавливаясь для сна и еды. Есть было нечего, пить было не из чего — да и вся дичь разбежалась, а вода была отравлена. Он шел, испытывая мучительную боль во всем теле, он шел, натыкаясь на обугленные, мертвые деревья, он просто шел.
Идти было некуда, а смерть не стала бы спасением от нечеловеческих мук — Звездное племя то ли погибло, то ли разбежалось от ужаса всемирной катастрофы. По ночам звезды, тускло светившие сквозь огромные облака все того же пепла, словно источали смерть, такую же, как та, что носилась в воздухе, пронзая все и вся.
Но он шел. Время словно не существовало для него — он не знал, сколько он идет — несколько часов, несколько дней или даже несколько лун.
Он выглядел все хуже с каждым часом. Шерсть попросту облазила с безумно исхудавшего, покрытого язвами и многочисленными коростами из запекшийся зеленой крови тела, открывая миру проступающие сквозь кожу ребра и подведенный живот. Органы чувств отказывали один за другим. Первым сдался вкус — кот уже много дней не ощущал горького привкуса пепла на языке. Далее отказало осязание. Это было даже смешно — как будто нечувствительная кожа могла спасти его от боли, колючими шипами терзающей все тело, а усы у него выпали уже давно. Обоняние отправилось следом — да и что бы он учуял в этом прожженном насквозь мире, кроме запахов гниения и горького аромата вездесущего пепла?
Зрение и слух пока держались, и он мог видеть разрушенный, загубленный лес вокруг, он мог слышать жуткие рулады, выводимые тоскующим ветром в мертвых остовах деревьев.
…Как насмешка, вдруг из-за вечных, казалось бы, облаков показалось солнце, осветив картину разрушений, поднимая в воздух новые тучи пепла и обжигая все, до чего могло дотянуться своими лучами, уже более не ласкающими, а смертоносными чуть ли не более, чем радиация.
Мир изменился — и даже солнце уже не было прежним.
Кот продолжал идти, пока были силы. Он шел, даже когда сил не осталось, автоматически переставляя искореженные лапы, уже не обращая внимания на разрывающую восприятие боль.
Он шел, шел и шел.
Но идти вечно не может никто.
Упал и кот, упал в пепел, задыхаясь, но уже не в силах кашлять. Окончательно отказало зрение, мир вокруг словно размылся, и остались лишь звуки, которых было немного.
…Где-то в разрушенном мире, среди куч пепла, смертельных лучей солнца и столь же смертельных — радиации, умирал безымянный кот. Умирал молча, потому что обожженное, пересохшее, забитое пеплом горло уже давно не могло издать ни единого звука. Умирал в мучениях, потому что смерть от радиации мучительна. Умирал без достоинства, потому что не было в живых тех, с кем он мог бы попрощаться, тех, кто будет сидеть ночное бдение над его телом, провожая его в Звездное племя.
Он умирал, и последняя искра жизни угасала на этой планете.
…И, когда в пепле лежало уже лишь остывающее тело, в небе вдруг мелькнуло что-то ярко-золотое.
Кленовый лист. Как насмешка над смертью вокруг, он летел, подхваченный ветром, и на нем не было ни единой частицы пепла, который, казалось, пропитал все вокруг. Оставалось лишь гадать, как его не сожгла радиация, не выжгли лучи нового солнца, не запятнал пепел. Он летел, светясь в новых, опасных лучах солнца, светясь тем золотым сиянием, которым иногда светилась шерсть безымянного кота в той, другой жизни. Он словно был чудом, весточкой из того, старого мира, весточкой, не успевшей еще смимикрировать под мир новый.
Но и он не мог лететь вечно. Вот ветер на мгновение ослаб, и лист мягко спланировал вниз, на тело кота, приземлился на обожженный бок — и замер.
И было что-то до слез, до истерического смеха правильное в картине мертвого, искалеченного радиацией кошачьего тела и чистом, незапятнанном кленовом листе на его боку.
«Холодный дождь» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: гет
Рейтинг: PG
Размер: драббл (1050 слов)
Герои: ОМП, ОЖП
Метки: AU, hurt / comfort, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: Они договорились встретиться близ Водопада вскоре после полудня...
ЧИТАТЬ
«Шаг в бездну» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (750 слов)
Герои: ОМП
Метки: AU, ангст, крылатые, повествование от первого лица, смерть основных персонажей
Саммари: Подумать только – я полечу, я смогу овладеть небом, как владеют все пернатые, все добытчики… да вообще все в племени, кроме котят! Я докажу им, что достоин звания добытчика, что я могу летать, как и все пернатые!
ЧИТАТЬ
Сегодня небо чистое, ясное — самое то для первого полета.
Я осматриваю свои крылья, приглаживаю языком встопорщившиеся перья, но волнение, отразившееся в них, словно переходит ко мне в душу.
Подумать только — я полечу, я смогу овладеть небом, как владеют все пернатые*, все добытчики**… да вообще все в племени, кроме котят! Я докажу им, что достоин звания добытчика, что я могу летать, как и все пернатые!
Я выбрал место полета заранее. Это высокий дуб, нижние ветви которого находятся на много кошачьих ростов от земли. Там у меня не будет выхода — либо я полечу, либо я разобьюсь.
Несильный ветер шелестит листьями дуба, словно что-то шепчет. Солнце, поднимающиеся из-за горизонта, мягко касается лучами моей шерстки и перьев.
Я полечу! Я обязательно полечу!
Когда я делаю шаг в сторону конца ветки, она чуть покачивается, а сердце ледяными когтями сжимает страх. Нет, не может этого быть. Коты нашего племени рождены для полета, а я что, хуже?!
Я осторожно поднимаю крылья. Я запомнил, как располагают их перед взлетом взрослые.
Распушив контурные перья, чтобы увеличить площадь крыльев, я еще раз смотрю на воздушное пространство перед собой. Бесперые*** в шутку говорят, что, если долго смотреть в бездну, та посмотрит на тебя в ответ. Кажется, на меня она посмотрела. Я ознобно передергиваю плечами. Нет, все точно-точно получится, ведь не может не получиться!
Надо просто решиться сделать один шаг. Шаг в бездну. Всего-то один шаг…
Я автоматически вцепляюсь когтями в древесину, но усилием воли расслабляюсь, втягиваю когти. Чуть-чуть придвигаюсь к краю ветки. Это ведь еще не шаг, это только полшага…
…Резко дунувший ветер толкает меня в спину, коротко свистит в расправленных крыльях, и я, подталкиваемый им, делаю шаг в бездну.
Воздух ударяет в морду, свистит в ушах, треплет шерсть, тело повисает в обморочной пустоте, где нет ничего, кроме свиста воздуха. Ну же, почему я не взлетаю?!
Отчаянно захлопав крыльями при виде приближающейся земли, я вдруг чувствую, как падение плавно переходит в полет по прямой…
Я лечу!!
Мне хочется кричать от восторга, но встречный поток воздуха давит все крики в зародыше. Вместо этого я кричу в душе, в мозгу, в мыслях — я лечууууууу!!!
Опьяненный восторгом, какого никогда не испытывал, я взлетаю чуть выше. Восходящее солнце нагревает землю, и от нее начинает подниматься поток воздуха, который помогает мне в наборе высоты.
Я лечу, наслаждаясь свободой и полной властью над своими крыльями. Я хочу повернуть, и мышцы совершенно рефлекторно сокращаются, позволяя мне сделать это. Я то камнем падаю вниз, забавляясь ощущением свободного падения и не понимая, как минуту назад я мог испытывать перед ним ужас, то взлетаю вверх, то нарезаю круги. Возможно, потом, когда я стану старше, мне будет нравиться летать, но почему-то я железно уверен, что такой восторг — первый и последний, и я хочу испытывать его как можно дольше.
Нетренированные крылья начинают уставать, я понимаю, что неплохо бы вернуться в лагерь, пока меня не хватились. Вот Черноперый, мой наставник, удивится!
Но сначала… сначала я хочу еще раз взлететь как можно выше!
Я набираю высоту до тех пор, пока лес внизу не сливается в сплошной зеленый ковер. Здесь, на большой высоте, холодно и тяжело дышать, поэтому я начинаю снижаться…
…На меня падает тень. Подняв голову, чтобы увидеть облако, виноватое в этом, вместо облака я вижу огромную птицу, с расправленными крыльями парящую надо мной.
Мое сердце моментально проваливается в лапы — это же орел, гроза летающих высоко добытчиков… Ничего, ему меня не догнать — я спикирую вниз и спрячусь в листве, а до лагеря доберусь пешком. Кстати, а в какой он стороне?..
Мои мысли прерывает пронзительный клекот сверху. Вновь задрав голову, я вижу, как орел складывает крылья и начинает падать вниз, прямо на меня.
Незнакомый, пришедший из глубины души инстинктивный ужас прошивает меня от ушей до хвоста, и, сдавленно пискнув, я прижимаю крылья к бокам и тоже падаю.
До спасительной зелени всего ничего, надо бы сбавить скорость, чтобы не разбиться, но слепой ужас перед огромной хищной птицей гонит меня вниз и вниз. Я уже слышу за спиной клекот орла…
…Мир раскалывается на части, спину пронзает оглушительная боль, из горла вылетает беспомощный крик — попытка зова о помощи… и сознание накрывает темнота.
…Махнув крыльями и держа в когтях израненное кошачье тельце, орел гасит скорость, после чего медленно и величественно начинает набирать высоту, но очень скоро взлет переходит в горизонтальный полет. Он летит в сторону гор, туда, где в гнезде над пропастью пищит голодный птенец. У него в когтях добыча, и он может не подниматься в заоблачные высоты, откуда видна вся земля на многие километры вокруг. Охота была удачной.
*Пернатый – то же самое, что и оруженосец.
**Добытчик – то же самое, что и воин.
***Бесперый – то же самое, что и старейшина.
«Последний рассвет» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (1000 слов)
Герои: ОЖП
Метки: AU, ангст, глобальные катастрофы, смерть основных персонажей
Саммари: Словно что-то разладилось в планетарных механизмах, сломав позвоночник привычной жизни, и пошло, как цунами, по всей Земле...
Примечания: Не задумывались, что бывает, если сближаются две планеты? Да, искра, буря, безумие со всеми вытекающими. А если одна из планет при этом еще и удаляется от Солнца, то вообще можно только ползти на кладбище...
ЧИТАТЬ
Эта тоскливая мысль, вопрос в пустоту, обреченный оставаться без ответа, крутился в ее мозгу вот уже много дней, возможно, даже много лун.
Действительно, за что? Все последнее время племена не воевали, держалось относительное перемирие… и все равно в один прекрасный день земля дрогнула, словно шкура кота, отряхивающегося от воды.
Кажется, тот день был только началом ада.
После этого земля тряслась, почти не переставая, невозможно было устоять на лапах. Падали деревья, рушились скалы, с жутким грохотом сомкнулись берега Лунного озера, выплеснув воду, что-то тяжело и надрывно грохотало за горизонтом, покрывая небо неестественно тяжелыми серыми тучами, часть из которых потом оседала на землю, заставляя всех, кто еще был жив, заходиться в надрывном кашле, тщетно пытаясь очистить легкие от частиц пепла. Бушевали страшные ураганы, валившие остатки деревьев, как вражеский воин валит на землю котенка, в небе непрерывно громыхали молнии.
А потом в воздухе появился странный едкий запах*, от которого теперь бежало все живое, и коты начали болеть. Она отлично помнила собственный липкий ужас, помнила огонь, обжигавший легкие на каждом вдохе, помнила, как кашляли и задыхались ее соплеменники. Целитель погиб еще в самом начале катастрофы, и помочь больным никто не мог.
Племена бежали с собственных территорий, бежали к Месту-где-тонет-солнце, надеясь скрыться от разгневанной природы там. Но это им не помогло.
Она помнила, как в то злосчастное утро она пошла на берег моря, надеясь поймать пару рыбок. Вся дичь разбежалась, оставалось надеяться на рыбу.
Тщетно пытаясь разглядеть что-либо в мутной воде, она бродила по берегу взад-вперед. Темно-серое небо нависало над ней, словно силясь раздавить, в посеревшем песке тонули лапы.
С моря дул холодный ветер, она дрожала. Для конца сезона Юных Листьев такой ветер был аномалией, впрочем, а что не изменилось в этом мире? Правильный ответ — ничего.
Вдали что-то громыхало, отдаваясь сердитыми раскатами в чудом устоявших во время землетрясений береговых скалах, но этот грохот был спокойным, не предвещая беды.
Беда пришла внезапно, оглушительно пронесясь по небу и тяжело ударив по ушам. Весь мир превратился в один сплошной грохот взрыва, яростно бивший в барабанные перепонки.
Поднявшись с песка, она увидела огромную серую тучу, приближающуюся со стороны гор. Туча, вопреки всем законам физики, шла очень низко, накрывая останки леса под собой и несясь с огромной скоростью.
Инстинкт во весь голос заорал о том, что надо бежать, и она, сдавленно пискнув, метнулась в волны, загребая лапами, и нырнула.
Она плохо помнила, что произошло потом. Кажется, туча накрыла море, и верхние слои воды вскипели от жара, а пепел жуткой серой коркой, похожей на лед, лег на воду. Воздух был раскален, и она неизвестно сколько времени то ныряла, стараясь терпеть боль, разрывающую легкие, то на миг выныривала и судорожно глотала воздух, обжигаясь и кашляя.
Когда температура воздуха снизилась достаточно, чтобы выйти на берег, она пожалела, что не утонула. Весь берег был усеян кошачьими трупами. Очевидно, все племена, увидев эту смертоносную тучу, бросились к воде, надеясь спастись, но не добежали.
Трупы выглядели необычно, неправильно. Они словно окаменели, причем все разом. Пепел, спекшийся от жара, плотно покрыл тела, сохранив очертания корчившихся в агонии.
Ей было больно ступать по все еще раскаленной земле, но что значила боль в подушечках лап по сравнению с болью душевной?
Кажется, она металась между трупов, ломая когти, пыталась откопать хоть один, кричала, плакала. Выбившись из сил, она упала рядом с одним из трупов, игнорируя боль, прошившую бок, и закричала, срывая голос:
— Звездное племя, за что?!
Она кричала это вновь и вновь, пока окончательно не охрипла. Тогда крики перешли в сдавленные поскуливания, а те — в плач отчаяния — до судорог, до рези в глазах.
Спустилась ночь, мягкой, ласково-опасной тьмой укрыв истерзанную катастрофами местность. Небо все так же нависало над самыми вершинами гор, и звезд не было видно.
…Наступал рассвет. Она сидела на утесе, глядя на серые, покрытые мерзкой серой жижей волны, набегавшие на берег. Небо посерело, но солнца не было.
Подняв голову, она посмотрела на небо. Массивные серые тучи метались, подхваченные непонятным верховым ветром, пепел осыпался из них.
С моря дохнуло холодом, обжегшим и без того обожженные легкие, отдавшемся дрожью во всем теле и вырвавшимся облачком пара через рот.
У горизонта, на пределе видимости, происходило что-то странное. Словно опять смертоносная раскаленная туча спустилась с небес и, растекаясь во все стороны над водой, несла пепел, жар и смерть.
Море посерело еще сильнее, но она заметила, что перед фронтом тучи оно стремительно белеет, лишь после покрываясь пеплом.
Это был лед.
Холодные воздушные массы, внезапно получившие во много раз меньше тепла, чем обычно, скатывались вниз, к поверхности планеты, не встречая сопротивления в виде теплых воздушных масс и не нагреваясь в процессе — солнца-то не было. Они были настолько холодными, что несли смерть всему живому, как сутки назад ее нес пирокластический удар.
Она всего этого знать не могла и потому просто поднялась на отозвавшиеся болью лапы.
Внезапно тучи задвигались еще быстрее, чем раньше, небо возле горизонта начало светлеть… потом стало совсем светлым… потом в крошечное оконце в облаках пепла, не до конца очистившееся, хлынули солнечные лучи, почему-то тоже не принесшие тепла.
Но после ада последних дней она не обратила на это внимания. Она просто стояла, купаясь в солнечных лучах, которые уже не надеялась вновь увидеть, не замечая, как смертоносный холод обволакивает тело, проникает под кожу, сбивает и угнетает дыхание, покрывает тело корочкой льда, и, наконец, ледяной иглой впивается в сердце, заставляя его остановиться.
…Берег, ранее пострадавший от извержения вулкана, был покрыт льдом. Море тоже замерзло, и даже вечное движение волн прекратилось. На песке и остатках выжженной почвы лежали многочисленные кошачьи тела, превращенные в статуи и тоже заиндевелые. В горах глухо рокотал готовящийся к новому извержению вулкан.
Возле воды сидела кошка. Она, казалось, на миг задремала, не изменив позы. И только солнечный свет, играющий в покрытых ледяной коркой глазах, открывал страшную правду.
Это был последний рассвет, который увидела терзаемая катастрофами планета Земля, прежде чем она столкнулась с Марсом. После этого по Солнечной системе разлетелись осколки двух планет, враз переставших существовать.
*Испарения серы/серной кислоты. Ядовиты.
«В забытье» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (650 слов)
Герои: ОМП
Метки: AU, hurt / confort, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: Он виноват был лишь в том, что не умел плавать...
ЧИТАТЬ
Яркие лучи летнего солнца освещали лесное озеро, несильный ветер качал деревья на берегу. Поверхность озера была зеркально гладкой, и лишь в одном месте вода бурлила и пенилась от судорожных усилий живого существа выплыть.
Этим живым существом был обыкновенный черно-белый кот, единственная вина которого заключалась в том, что он абсолютно не умел плавать. Здесь, на середине озера, это неумение обернулось против него.
Одно оставалось загадкой: как кот, не умеющий плавать, оказался в воде, да еще так далеко от берега? Увы, рядом не было никого, кто мог бы ответить на этот вопрос.
Кот тонул. Его худоба в сочетании с большой мышечной массой, не раз помогавшей ему в драках, не давали ни единого шанса на спасение. Он вспенивал воду лапами и хвостом, но его движения были хаотичными, и он лишь иногда исхитрялся вскинуть голову и глотнуть воздуха. Он боролся за свою жизнь уже довольно долго, и его силы иссякали. Вода озера, такая тёплая и ласковая на первый взгляд, обжигала холодом уставшее тело, стискивала в своих неласковых объятиях, то и дело вставая преградой между тонущим и столь необходимым для жизни воздухом.
Начинала сказываться усталость. Движения кота становились все более вялыми. Он хотел вновь рвануться вверх, к воздуху, но не смог. Лапы резко свело единой судорогой, в глазах мелькнуло отчаяние, и белая в черной «полумаске» голова скрылась из виду. На поверхность пробилась пара пузырьков, после чего озеро, поглотившее свою жертву, успокоилось и вновь стало похоже на водное зеркало.
Кот вздрогнул всем телом и резко открыл глаза. Мир вокруг, странно темный и наполненный солнечными бликами, расплывался от каждого движения, песок под лапами всплывал небольшими тучами, стоило лежащему на нем коту шевельнуться. В паре мышиных хвостов от его морды мелькнула юркая рыбка — и тотчас скрылась в мерно колышущихся темно-зеленых зарослях.
Кот не верил своим глазам. Он был под водой, хуже того — он дышал ей, словно рыба!
Он вдохнул и выдохнул. Различие между водой и привычным воздухом никак не ощущалось.
Он попробовал сделать шаг. Почти полная невесомость подхватила его, оторвала от дна, и он повис в толще воды.
Солнце, очередной луч которого вдруг пробился с поверхности, неожиданно отрезвило. Кот издал испуганный вой и рванулся вверх, к поверхности. Откуда-то он знал, как следовало двигать лапами и хвостом, чтобы рывок получался наиболее мощным, но сейчас ему было не до этого. Вожделенная граница воды и воздуха была все ближе, ближе…
Пробив водное зеркало головой, кот хотел всей грудью вдохнуть воздух…
Вдоха не получилось.
Казалось, вместо воздуха он набрал полные легкие огня. Со сдавленным хрипением кот буквально рухнул обратно в воду, милостиво позволившую ему отдышаться.
Он снова и снова с непонятным усердием пытался выбраться из воды, но воздух отторгал его, вызывая асфиксию, как раньше вызывала ее вода.
Отчаяние охватило его. Он метался по озеру, вздымая со дна песок. Уже через полчаса он обегал все дно, изучил всю толщу воды. Озеро держало его, не выпуская в привычный мир.
Наконец он не выдержал, выплыл на мелководье, вдохнул как мог глубоко и выпрыгнул на берег, задержав дыхание.
Почти сразу же начало жечь легкие. Альвеолы, работая на совесть, уже израсходовали почти весь кислород из того объема воды, что могла вместить его дыхательная система.
Кот начал осматриваться, но это было трудно сделать — в глазах уже начинало темнеть. Под ним подкосились лапы, прибрежный песок встретил его ударом в бок, из конвульсивно открывшейся пасти хлынула вода…
И вдруг, словно что-то невероятно тяжелое ударило мир и сотрясло его, все встало на свои места. Кота окружила холодная вода озера. Вернулась судорога, сводившая лапы, вернулось мучительное жжение в груди, вернулось меркнущее сознание, вернулась близость смерти. Из пасти, так и не закрывшейся после последнего в его жизни вдоха, открывшего окружающей воде доступ в его легкие, попытался вырваться отчаянный крик — и умер, не родившись. Глаза кота широко открылись, в них мелькнул предсмертный ужас… и вдруг их взгляд потух, словно приклеившись к одной точке в пространстве.
Чудо, на время подарившее ему возможность дышать под водой, оказалось лишь бредом, галлюцинацией, порожденной умирающим мозгом.
«Мама, это ведь не больно?» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (360 слов)
Герои: ОЖП
Метки: AU, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: – Мама, это ведь не больно?
– Нет, доченька, не больно.
ЧИТАТЬ
— Нет, Снежиночка, не больно, — ласково отзывается белоснежная королева, и кошечка, успокоившись, разевает ротик, позволяя Волнорезу осмотреть её горлышко.
— Ничего страшного, — выносит вердикт целитель, — это даже не Белый кашель. Просто держи ее в тепле.
— А почему меня надо держать в тепле? — заинтересованно спрашивает осмелевшая кошечка, но мать не дает ей даже договорить, толкая на выход.
— Нет, Снежинка, не больно, — старая воительница морщится от боли. Несколько часов назад Речное племя напало на их лагерь. Грозовые коты отважно сражались, и атака захлебнулась, но многие были ранены. Снежинке повезло, она отделалась поцарапанным ухом — это ее первое в жизни ранение. Ее матери повезло меньше — ей располосовали весь живот.
Успокоенная ученица подставляет ухо целителю, сердито бормочущему что-то об остальных пациентах и времени.
Она говорит правду, этот узкий каменный карниз, под которым бездонная пропасть, принадлежит Грозовому племени — хоть это и не территория, а пшик: даже дичи тут не наловишь.
— А то что? — нахально спрашивает черный кот со шрамом на широкой переносице.
Вместо ответа белая кошка шипит, прижимаясь к земле. Группа Речных котов, издав устрашающий визг, кидается на маленький отряд.
Белая кошка дерется с наглым черным воином, тщетно пытаясь хотя бы оцарапать его — ей мешает густая шерсть наглеца. Ее саму от ранения пока спасает только ловкость и быстрота движений.
Внезапно Речной кот изворачивается и вцепляется зубами в загривок Грозовой кошки. Та взвывает от боли, инстинктивно рвется из его пасти — и, вырвавшись, на миг замирает на самом краю карниза, опасная, вновь готовая к прыжку.
Это ее и губит. Завизжав, кот с силой толкает белую воительницу в бок. Она теряет равновесие, и скользкая скала уходит у неё из-под лап.
При падении с такой высоты не выжить.
Ее мать умерла уже шесть лун назад… Может, она встретит ее в Звёздном племени?
«Мама, это ведь не больно?».
«Нет, Снежнолапа, не больно».
Белая кошка улыбается и закрывает глаза.
«По ту сторону света» (Хантер Эрин «Коты-Воители», Пираты Карибского моря )
Автор: Fire Wing
Фандомы: Хантер Эрин «Коты-Воители», Пираты Карибского моря
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (650 слов)
Герои: ОЖП
Метки: AU, ангст, слом личности, смерть основных персонажей
Саммари: Какая она – жизнь после второй смерти?
Примечания: Вспомнила Остролистую, погибшую в битве с Сумрачным лесом... и получилось это.
Чисто гипотетическая ОЖП, оказавшаяся на месте Остролистой.
ЧИТАТЬ
Она не думала, что после ее второй смерти все будет так.
Прикрыв глаза, она погружается в воспоминания. Она понимает, что так только быстрее сойдёт с ума, но эти воспоминания — все, что у нее осталось.
Боевые кличи земных племен и клич Звездного племени, истошный визг котов из Сумрачного Леса, стоны тяжелораненых, шипение остальных. Эта какофония битвы давит на уши, хочется взвыть и удариться в бега. Но нельзя. Она, мертвая, сражается за тех, кто еще жив. Возможно, кто-то даже избежит смерти благодаря ей. Она разит когтями направо и налево, нисколько не щадя своих противников — ведь это лишь нежити.
В ее крови наконец-то вскипает азарт битвы, она ловит ритм ударов и начинает драться, словно танцуя. Она уже мертва, так что с ней будет? Смертельные для обычного кота раны наверняка не будут таковыми для нее — ведь она из Звездного племени! Разве что останется несколько царапин, которые она попросит вылечить кого-нибудь из Звездных целителей.
Стремительный удар, словно пришедший из ниоткуда, рушит тщательно выстроенную комбинацию движений. Она, подавившись воплем боли, шокированно смотрит на кота сбоку от себя — он уже почти забыт и кажется скорее клочьями чёрного тумана, чем живым существом.
Её задние лапы подгибаются — коты из Сумрачного Леса знают, куда бить — и она со стоном поражения валится на землю.
Она беззащитна. Она может действовать когтями на передних лапах, но толку-то — ее противник с легкостью увернется от этих ударов.
А потом мир погружается в ало-слепящее марево нестерпимой боли — это зубы кота безжалостно вонзаются в ее горло, и даже ее густая шерсть не является им помехой.
На сознание медленно наползает чернота, восприятие раскалывается от боли, но она все еще не может поверить, что смертельно ранена. Кровь, боль — неужели все это реально?
Она слышит отчаянный крик над собой — крик отчаяния кого-то, знавшего ее живой — но уже не может противиться необоримой сонливости, и даже боль утихает, становясь словно не своей.
Она закрывает глаза…
И открывает их здесь, в белой пустыне.
Она не знает, сколько она уже здесь. Ночи нет, солнце всегда стоит в зените, ветра тоже не бывает. Дичи нет, воды нет… здесь ничего нет. Впрочем, вода и еда ей уже не требуются, равно как и сон…
И все равно она большую часть времени спит, предпочитая уноситься памятью в те времена, когда она была еще жива, нежели медленно сходить с ума посреди нестерпимой белизны.
Ей становится хуже, безумие уже бродит по краю сознания. Ей почему-то упорно видится гладкий белый камень перед ней, который она все тянется потрогать лапой — и не может дотянуться. Потом камень превращается в симпатичное существо с глазами-стебельками и маленькими клешнями. Ей интересно, что же это за существо, но она даже не может его толком разглядеть — почувствовав на себе чей-либо взгляд, существо немедленно превращается обратно в камень.
Видения заходят все дальше — ей кажется, что за ней гонится целая стая этих камневидных существ, и она бежит, бежит, сдирая в кровь подушечки лап, бежит по бескрайней белой пустыне до тех пор, пока лапы не подгибаются, заставляя ее ткнуться носом в белую поверхность.
Вокруг ничего нет, но ей кажется, что рядом движется что-то огромное, дарующее благословенную тень, которая хоть ненадолго позволяет провалиться в сон без кошмаров.
Очнувшись, она слышит рядом грубые голоса Двуногих, но даже не открывает глаз, понимая, что это все равно только бред воспаленного воображения.
…Вскоре она становится не в состоянии отличить бред от реальности, она разговаривает с окружающей пустотой, не понимая, что она здесь одна. Ее преследуют кошмары, и она кричит вновь и вновь, кричит до хрипоты, до срыва голоса. Она бежит от несуществующей опасности до тех пор, пока содранные до мяса подушечки лап не начинают словно гореть огнем. Ее раны кровоточат — но на белизне нет и признака кровавого следа. Она на грани третьей смерти, но не осознает этого, запертая в собственном сознании наедине с кошмарами.
И в ее терзаемом сумасшествием мозгу бьётся последняя пока еще внятная мысль:
«Так вот ты какая, жизнь после второй смерти».
И да, мой внутренний тыжтехнарь решил все максимально оптимизировать. Поэтому при клике на название работы будет раскрываться ее шапка, при клике на «читать» внизу шапки - сам текст.
«Кленовый лист» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Кленовый лист
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (750 слов)
Герои: ОМП
Метки: AU, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: Мир сгорал, рассыпался в жутком пожаре ядерной войны. Двуногим, воевавшим за что-то свое, не было никакого дела до природы, измененной навсегда злыми невидимыми лучами радиации...
ЧИТАТЬ
*****
Мир сгорал, рассыпался в жутком пожаре ядерной войны. Двуногим, воевавшим за что-то свое, не было никакого дела до природы, измененной навсегда злыми невидимыми лучами радиации.
Сгорал в радиоактивном пламени лес, рассыпался в мельчайшие частицы пепла, густо укутывающие землю черным снегом, умирали от лучевой болезни коты.
Пепел взлетал из-под лап от каждого движения, забивая и без того пересохшее горло, царапал давно уже кровоточащие странной, неправильного цвета, зеленой кровью подушечки лап. Сиплое дыхание вырывалось из раскрытой пасти, некогда ярко-зеленые глаза помутнели и с трудом различали дорогу перед собой. Когда-то мягко светившаяся в солнечных лучах золотистая шерсть теперь была припорошена пеплом, насквозь прожжена радиацией, местами виднелась оголенная кожа, такая же обожженная.
Безымянный кот, некогда Львинохвост, а теперь просто одна из многочисленных жертв ядерной войны, куда-то шел. Движение было единственным, что помогало ему не умереть, словно он пытался уйти от неумолимой старухи с косой. Он шел, шел, шел. Шел днями и ночами, не останавливаясь для сна и еды. Есть было нечего, пить было не из чего — да и вся дичь разбежалась, а вода была отравлена. Он шел, испытывая мучительную боль во всем теле, он шел, натыкаясь на обугленные, мертвые деревья, он просто шел.
Идти было некуда, а смерть не стала бы спасением от нечеловеческих мук — Звездное племя то ли погибло, то ли разбежалось от ужаса всемирной катастрофы. По ночам звезды, тускло светившие сквозь огромные облака все того же пепла, словно источали смерть, такую же, как та, что носилась в воздухе, пронзая все и вся.
Но он шел. Время словно не существовало для него — он не знал, сколько он идет — несколько часов, несколько дней или даже несколько лун.
Он выглядел все хуже с каждым часом. Шерсть попросту облазила с безумно исхудавшего, покрытого язвами и многочисленными коростами из запекшийся зеленой крови тела, открывая миру проступающие сквозь кожу ребра и подведенный живот. Органы чувств отказывали один за другим. Первым сдался вкус — кот уже много дней не ощущал горького привкуса пепла на языке. Далее отказало осязание. Это было даже смешно — как будто нечувствительная кожа могла спасти его от боли, колючими шипами терзающей все тело, а усы у него выпали уже давно. Обоняние отправилось следом — да и что бы он учуял в этом прожженном насквозь мире, кроме запахов гниения и горького аромата вездесущего пепла?
Зрение и слух пока держались, и он мог видеть разрушенный, загубленный лес вокруг, он мог слышать жуткие рулады, выводимые тоскующим ветром в мертвых остовах деревьев.
…Как насмешка, вдруг из-за вечных, казалось бы, облаков показалось солнце, осветив картину разрушений, поднимая в воздух новые тучи пепла и обжигая все, до чего могло дотянуться своими лучами, уже более не ласкающими, а смертоносными чуть ли не более, чем радиация.
Мир изменился — и даже солнце уже не было прежним.
Кот продолжал идти, пока были силы. Он шел, даже когда сил не осталось, автоматически переставляя искореженные лапы, уже не обращая внимания на разрывающую восприятие боль.
Он шел, шел и шел.
Но идти вечно не может никто.
Упал и кот, упал в пепел, задыхаясь, но уже не в силах кашлять. Окончательно отказало зрение, мир вокруг словно размылся, и остались лишь звуки, которых было немного.
…Где-то в разрушенном мире, среди куч пепла, смертельных лучей солнца и столь же смертельных — радиации, умирал безымянный кот. Умирал молча, потому что обожженное, пересохшее, забитое пеплом горло уже давно не могло издать ни единого звука. Умирал в мучениях, потому что смерть от радиации мучительна. Умирал без достоинства, потому что не было в живых тех, с кем он мог бы попрощаться, тех, кто будет сидеть ночное бдение над его телом, провожая его в Звездное племя.
Он умирал, и последняя искра жизни угасала на этой планете.
…И, когда в пепле лежало уже лишь остывающее тело, в небе вдруг мелькнуло что-то ярко-золотое.
Кленовый лист. Как насмешка над смертью вокруг, он летел, подхваченный ветром, и на нем не было ни единой частицы пепла, который, казалось, пропитал все вокруг. Оставалось лишь гадать, как его не сожгла радиация, не выжгли лучи нового солнца, не запятнал пепел. Он летел, светясь в новых, опасных лучах солнца, светясь тем золотым сиянием, которым иногда светилась шерсть безымянного кота в той, другой жизни. Он словно был чудом, весточкой из того, старого мира, весточкой, не успевшей еще смимикрировать под мир новый.
Но и он не мог лететь вечно. Вот ветер на мгновение ослаб, и лист мягко спланировал вниз, на тело кота, приземлился на обожженный бок — и замер.
И было что-то до слез, до истерического смеха правильное в картине мертвого, искалеченного радиацией кошачьего тела и чистом, незапятнанном кленовом листе на его боку.
«Холодный дождь» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Холодный дождь
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: гет
Рейтинг: PG
Размер: драббл (1050 слов)
Герои: ОМП, ОЖП
Метки: AU, hurt / comfort, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: Они договорились встретиться близ Водопада вскоре после полудня...
ЧИТАТЬ
*****
Они договорились встретиться близ Водопада вскоре после полудня.
Накрапывал мелкий холодный дождь, шумел Водопад, вдобавок к дождю обдавая все брызгами, поднимавшимися снизу, из ревущей бездны. Ястреб уже давно промок и продрог до костей, а Плющехвостка все не приходила.
Он сидел, вцепившись когтями в скользкие камни больше от бессильной злости, чем от необходимости. Оставаясь неподвижным, он мог не цепляться за опасно мокрую опору.
Все рушилось вокруг в последнее время — болезнь, пришедшая в племя, косила котов одного за другим. Сгорая в невыносимом жару, заходясь в кашле, оплевывая подстилку кровью, терял одну жизнь за другой Кленозвезд, предводитель племени Ветра, уже давно прекратила биться в судорогах Лисичка, его сестра, вскоре после нее, в буквальном смысле выплюнув на землю легкие, отмучался Маколап, его отец. Мир сломался, когда не стало тех, на ком он зиждился.
И вот теперь Ястреб сидел здесь, нещадно поливаемый холодным дождем, и ждал. После всего произошедшего он словно выгорел, перестал чувствовать. Исчезло даже то странное чувство, которое он испытывал к изящной зеленоглазой кошке из Речного племени. Осталось лишь гулкое, как дупло дерева, хладнокровие.
Чуть слышно на фоне яростного рокота Водопада прошуршали кусты. Темно-серая тень, неслышно ступая, прошла по камням, остановившись перед воином. Безобразный шрам возле уха алел, налитый кровью от длительного бега, сама кошка тяжело дышала.
— Плющехвостка, нам надо поговорить, — начал Ястреб… и не узнал в этом хриплом карканье свой голос.
— Я тебя слушаю, — кошка не лишенным природного изящества и грации движением села, обвив хвостом лапы. Раньше плавность ее движений рождала в душе воина затаенное восхищение, сейчас же он лишь хрипло вздохнул и отпустил на волю жегшую язык правду.
— Мое племя… оно умирает! — глаза словно обожгло огнем — это просились наружу так и не выплаканные слезы, слезы по отцу, сестре и многим соплеменникам. — Магнолия считает, что заболевшим может помочь кошачья мята, но у нас ее нет!.. Запасы кончились еще две луны назад!.. Пожалуйста, помоги, я знаю, что у твоего племени ее много!..
Речная кошка задумчиво полизала растопыренную лапку, насмешливо повела усами:
— Глупый ты, Ястреб, глупый, как котенок. Ты думаешь, я стану помогать вражескому племени?
— Пожалуйста!.. — он хватался за единственную возможность получить лекарство, словно утопающий за соломинку. — Ради меня…
— Ради тебя? — с какой-то меланхолией повторила Плющехвостка, склонив голову набок, — Ты что, еще не понял? Нам выгодна ваша болезнь. Когда твое племя перемрет, мы подождем время, достаточное, чтобы болезнь выветрилась, после чего займем вашу территорию.
— Что? — кот не верил своим ушам. Выходит, они… встречались, нарушая Воинский закон, а она в это время вынашивала план по уничтожению их племени?!
А кошка, видя его смятение, презрительно ухмыльнулась и добавила еще одну гирьку на чашу весов:
— Это ведь ты принес болезнь.
Воздух вокруг словно исчез, и у Ястреба не хватило сил задать вопрос, он лишь немо таращился круглыми желтыми глазами на свою бывшую возлюбленную. Та, видя его смятение, промурлыкала:
— Помнишь ту мышь?
О, он помнил. А лучше бы забыл.
Это было две луны назад, когда еще не было этого ада, когда все были здоровы, а вокруг был сезон Зеленых Листьев.
Они встретились в том же месте, что и сегодня. Светило теплое летнее солнце, Водопад глухо рокотал, обдавая их брызгами, а они смеялись. Мурлыкал он сам, с наслаждением вдыхая полюбившийся запах, довольно урчала она, потираясь об его шею и по-дурацки бодая его головой. Время словно не существовало для них.
Внезапно у него заурчал живот. Действительно, утром он выскочил из лагеря с пустым желудком.
Услышав это урчание, Плющехвостка засмеялась, ласково сверкая глазами, и выудила из-под куста мышиную тушку.
— Специально для тебя поймала! — пояснила она, так и светясь от гордости — действительно, ведь Речные коты ловили в основном рыбу.
— Ты, наверное, тоже голодна… — нерешительно сказал Ястреб.
— Эй, обжора, не думаешь ли ты съесть все сам? Этой толстушки вполне хватит на двоих!
Они съели эту мышь вдвоем, морда к морде, и Ястреб, тая от первой в жизни любви, не заметил странный кисловатый запах, шедший от дичи…
— Мышь была больной, — тоном тоскливого утверждения сказал воин. — А я не заметил.
— Все правильно, — с легкой насмешкой в голосе промурлыкала кошка. — К вечеру тебе стало плохо, не так ли?
— Да, — грустно кивнул тот, вспоминая расплывающуюся реальность и колючую боль в горле. — А через два дня я уже был совершенно здоров…
— Ты переболел в легкой форме, — пояснила Плющехвостка голосом искушенного в таких делах целителя. — Но ты перезаражал все племя.
— А ты?! — срывающимся от безвекторной ярости голосом вскричал Ястреб, — Разве ты не должна была тоже заболеть?!
— Я две недели жила отдельно от племени, охотясь сама для себя. Если кот не заболевает спустя четырнадцать дней после контакта с болезнью, он не опасен для своего племени, — обстоятельно разъяснила Речная кошка. — Если бы я заболела, меня бы не пустили в племя. Так что, считай, тебе повезло, — она прищурила пронзительные зеленые глаза, — что я здорова и все еще с тобой.
— Какое, к Звездоцапу, повезло?! — не в силах сидеть, кот вскочил на лапы и начал метаться по скользкому карнизу, хлеща себя по бокам хвостом. Его била дрожь не то от холодного дождя, пропитывающего его густую рыже-коричневую шерсть, не то от злости. — Мне нет прощения, а ты… «повезло»! Мне место в Сумрачном лесу, да и тебе тоже! — он остановился, бока его тяжело вздымались, горящие злым огнем глаза выдавали бушующую внутри бурю эмоций.
— Я… я… — он стиснул зубы, и, решившись, выпустил чистую ярость наружу, позволяя ей нести себя, — Я ненавижу тебя!! Звездоцапова прихвостня, дерьмо лисье!! Сволочь!!
— Не кипятись так, котик, — насмешливо посоветовала Плющехвостка, — Не дай Звездное племя, поскользнешься.
Словно простодушный котенок, Ястреб попался на ее уловку — он автоматически поглядел себе под лапы, увидев, что и впрямь стоит на самом краю возле ревущей воды, устремляющейся к каменному карнизу, с которой она и падала… и ощутил толчок в плечо, успев увидеть лишь насмешливую морду воительницы.
Этого оказалось достаточно, чтобы потерять равновесие и начать падать, падать, падать…
Плющехвостка, проследив взглядом полет воина Ветра до воды, презрительно скривилась. Будь Ястреб Речным котом, он бы легко выплыл из стремнины, а так…
Она видела, как то появлялась, то вновь скрывалась под водой мокрая кошачья голова, как кот судорожно дергал лапами, пытаясь выплыть, как Водопад подхватил его и под крик ужаса, перекрывший на мгновение даже рычание воды, унес вниз в свободном падении.
Встряхнувшись, серая кошка одним изящным прыжком скрылась в зарослях. Ей предстояло сообщить своему племени, что единственный знающий устранен. Теперь оставалось только ждать полного вымирания этих равнинных охотников за кроликами.
А место трагедии все так же равнодушно и безразлично поливал холодный дождь, словно стремясь образовать еще один водопад, но соединяющий небо с землей.
Накрапывал мелкий холодный дождь, шумел Водопад, вдобавок к дождю обдавая все брызгами, поднимавшимися снизу, из ревущей бездны. Ястреб уже давно промок и продрог до костей, а Плющехвостка все не приходила.
Он сидел, вцепившись когтями в скользкие камни больше от бессильной злости, чем от необходимости. Оставаясь неподвижным, он мог не цепляться за опасно мокрую опору.
Все рушилось вокруг в последнее время — болезнь, пришедшая в племя, косила котов одного за другим. Сгорая в невыносимом жару, заходясь в кашле, оплевывая подстилку кровью, терял одну жизнь за другой Кленозвезд, предводитель племени Ветра, уже давно прекратила биться в судорогах Лисичка, его сестра, вскоре после нее, в буквальном смысле выплюнув на землю легкие, отмучался Маколап, его отец. Мир сломался, когда не стало тех, на ком он зиждился.
И вот теперь Ястреб сидел здесь, нещадно поливаемый холодным дождем, и ждал. После всего произошедшего он словно выгорел, перестал чувствовать. Исчезло даже то странное чувство, которое он испытывал к изящной зеленоглазой кошке из Речного племени. Осталось лишь гулкое, как дупло дерева, хладнокровие.
Чуть слышно на фоне яростного рокота Водопада прошуршали кусты. Темно-серая тень, неслышно ступая, прошла по камням, остановившись перед воином. Безобразный шрам возле уха алел, налитый кровью от длительного бега, сама кошка тяжело дышала.
— Плющехвостка, нам надо поговорить, — начал Ястреб… и не узнал в этом хриплом карканье свой голос.
— Я тебя слушаю, — кошка не лишенным природного изящества и грации движением села, обвив хвостом лапы. Раньше плавность ее движений рождала в душе воина затаенное восхищение, сейчас же он лишь хрипло вздохнул и отпустил на волю жегшую язык правду.
— Мое племя… оно умирает! — глаза словно обожгло огнем — это просились наружу так и не выплаканные слезы, слезы по отцу, сестре и многим соплеменникам. — Магнолия считает, что заболевшим может помочь кошачья мята, но у нас ее нет!.. Запасы кончились еще две луны назад!.. Пожалуйста, помоги, я знаю, что у твоего племени ее много!..
Речная кошка задумчиво полизала растопыренную лапку, насмешливо повела усами:
— Глупый ты, Ястреб, глупый, как котенок. Ты думаешь, я стану помогать вражескому племени?
— Пожалуйста!.. — он хватался за единственную возможность получить лекарство, словно утопающий за соломинку. — Ради меня…
— Ради тебя? — с какой-то меланхолией повторила Плющехвостка, склонив голову набок, — Ты что, еще не понял? Нам выгодна ваша болезнь. Когда твое племя перемрет, мы подождем время, достаточное, чтобы болезнь выветрилась, после чего займем вашу территорию.
— Что? — кот не верил своим ушам. Выходит, они… встречались, нарушая Воинский закон, а она в это время вынашивала план по уничтожению их племени?!
А кошка, видя его смятение, презрительно ухмыльнулась и добавила еще одну гирьку на чашу весов:
— Это ведь ты принес болезнь.
Воздух вокруг словно исчез, и у Ястреба не хватило сил задать вопрос, он лишь немо таращился круглыми желтыми глазами на свою бывшую возлюбленную. Та, видя его смятение, промурлыкала:
— Помнишь ту мышь?
О, он помнил. А лучше бы забыл.
Это было две луны назад, когда еще не было этого ада, когда все были здоровы, а вокруг был сезон Зеленых Листьев.
Они встретились в том же месте, что и сегодня. Светило теплое летнее солнце, Водопад глухо рокотал, обдавая их брызгами, а они смеялись. Мурлыкал он сам, с наслаждением вдыхая полюбившийся запах, довольно урчала она, потираясь об его шею и по-дурацки бодая его головой. Время словно не существовало для них.
Внезапно у него заурчал живот. Действительно, утром он выскочил из лагеря с пустым желудком.
Услышав это урчание, Плющехвостка засмеялась, ласково сверкая глазами, и выудила из-под куста мышиную тушку.
— Специально для тебя поймала! — пояснила она, так и светясь от гордости — действительно, ведь Речные коты ловили в основном рыбу.
— Ты, наверное, тоже голодна… — нерешительно сказал Ястреб.
— Эй, обжора, не думаешь ли ты съесть все сам? Этой толстушки вполне хватит на двоих!
Они съели эту мышь вдвоем, морда к морде, и Ястреб, тая от первой в жизни любви, не заметил странный кисловатый запах, шедший от дичи…
— Мышь была больной, — тоном тоскливого утверждения сказал воин. — А я не заметил.
— Все правильно, — с легкой насмешкой в голосе промурлыкала кошка. — К вечеру тебе стало плохо, не так ли?
— Да, — грустно кивнул тот, вспоминая расплывающуюся реальность и колючую боль в горле. — А через два дня я уже был совершенно здоров…
— Ты переболел в легкой форме, — пояснила Плющехвостка голосом искушенного в таких делах целителя. — Но ты перезаражал все племя.
— А ты?! — срывающимся от безвекторной ярости голосом вскричал Ястреб, — Разве ты не должна была тоже заболеть?!
— Я две недели жила отдельно от племени, охотясь сама для себя. Если кот не заболевает спустя четырнадцать дней после контакта с болезнью, он не опасен для своего племени, — обстоятельно разъяснила Речная кошка. — Если бы я заболела, меня бы не пустили в племя. Так что, считай, тебе повезло, — она прищурила пронзительные зеленые глаза, — что я здорова и все еще с тобой.
— Какое, к Звездоцапу, повезло?! — не в силах сидеть, кот вскочил на лапы и начал метаться по скользкому карнизу, хлеща себя по бокам хвостом. Его била дрожь не то от холодного дождя, пропитывающего его густую рыже-коричневую шерсть, не то от злости. — Мне нет прощения, а ты… «повезло»! Мне место в Сумрачном лесу, да и тебе тоже! — он остановился, бока его тяжело вздымались, горящие злым огнем глаза выдавали бушующую внутри бурю эмоций.
— Я… я… — он стиснул зубы, и, решившись, выпустил чистую ярость наружу, позволяя ей нести себя, — Я ненавижу тебя!! Звездоцапова прихвостня, дерьмо лисье!! Сволочь!!
— Не кипятись так, котик, — насмешливо посоветовала Плющехвостка, — Не дай Звездное племя, поскользнешься.
Словно простодушный котенок, Ястреб попался на ее уловку — он автоматически поглядел себе под лапы, увидев, что и впрямь стоит на самом краю возле ревущей воды, устремляющейся к каменному карнизу, с которой она и падала… и ощутил толчок в плечо, успев увидеть лишь насмешливую морду воительницы.
Этого оказалось достаточно, чтобы потерять равновесие и начать падать, падать, падать…
Плющехвостка, проследив взглядом полет воина Ветра до воды, презрительно скривилась. Будь Ястреб Речным котом, он бы легко выплыл из стремнины, а так…
Она видела, как то появлялась, то вновь скрывалась под водой мокрая кошачья голова, как кот судорожно дергал лапами, пытаясь выплыть, как Водопад подхватил его и под крик ужаса, перекрывший на мгновение даже рычание воды, унес вниз в свободном падении.
Встряхнувшись, серая кошка одним изящным прыжком скрылась в зарослях. Ей предстояло сообщить своему племени, что единственный знающий устранен. Теперь оставалось только ждать полного вымирания этих равнинных охотников за кроликами.
А место трагедии все так же равнодушно и безразлично поливал холодный дождь, словно стремясь образовать еще один водопад, но соединяющий небо с землей.
«Шаг в бездну» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Шаг в бездну
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (750 слов)
Герои: ОМП
Метки: AU, ангст, крылатые, повествование от первого лица, смерть основных персонажей
Саммари: Подумать только – я полечу, я смогу овладеть небом, как владеют все пернатые, все добытчики… да вообще все в племени, кроме котят! Я докажу им, что достоин звания добытчика, что я могу летать, как и все пернатые!
ЧИТАТЬ
*****
Сегодня небо чистое, ясное — самое то для первого полета.
Я осматриваю свои крылья, приглаживаю языком встопорщившиеся перья, но волнение, отразившееся в них, словно переходит ко мне в душу.
Подумать только — я полечу, я смогу овладеть небом, как владеют все пернатые*, все добытчики**… да вообще все в племени, кроме котят! Я докажу им, что достоин звания добытчика, что я могу летать, как и все пернатые!
Я выбрал место полета заранее. Это высокий дуб, нижние ветви которого находятся на много кошачьих ростов от земли. Там у меня не будет выхода — либо я полечу, либо я разобьюсь.
Несильный ветер шелестит листьями дуба, словно что-то шепчет. Солнце, поднимающиеся из-за горизонта, мягко касается лучами моей шерстки и перьев.
Я полечу! Я обязательно полечу!
Когда я делаю шаг в сторону конца ветки, она чуть покачивается, а сердце ледяными когтями сжимает страх. Нет, не может этого быть. Коты нашего племени рождены для полета, а я что, хуже?!
Я осторожно поднимаю крылья. Я запомнил, как располагают их перед взлетом взрослые.
Распушив контурные перья, чтобы увеличить площадь крыльев, я еще раз смотрю на воздушное пространство перед собой. Бесперые*** в шутку говорят, что, если долго смотреть в бездну, та посмотрит на тебя в ответ. Кажется, на меня она посмотрела. Я ознобно передергиваю плечами. Нет, все точно-точно получится, ведь не может не получиться!
Надо просто решиться сделать один шаг. Шаг в бездну. Всего-то один шаг…
Я автоматически вцепляюсь когтями в древесину, но усилием воли расслабляюсь, втягиваю когти. Чуть-чуть придвигаюсь к краю ветки. Это ведь еще не шаг, это только полшага…
…Резко дунувший ветер толкает меня в спину, коротко свистит в расправленных крыльях, и я, подталкиваемый им, делаю шаг в бездну.
Воздух ударяет в морду, свистит в ушах, треплет шерсть, тело повисает в обморочной пустоте, где нет ничего, кроме свиста воздуха. Ну же, почему я не взлетаю?!
Отчаянно захлопав крыльями при виде приближающейся земли, я вдруг чувствую, как падение плавно переходит в полет по прямой…
Я лечу!!
Мне хочется кричать от восторга, но встречный поток воздуха давит все крики в зародыше. Вместо этого я кричу в душе, в мозгу, в мыслях — я лечууууууу!!!
Опьяненный восторгом, какого никогда не испытывал, я взлетаю чуть выше. Восходящее солнце нагревает землю, и от нее начинает подниматься поток воздуха, который помогает мне в наборе высоты.
Я лечу, наслаждаясь свободой и полной властью над своими крыльями. Я хочу повернуть, и мышцы совершенно рефлекторно сокращаются, позволяя мне сделать это. Я то камнем падаю вниз, забавляясь ощущением свободного падения и не понимая, как минуту назад я мог испытывать перед ним ужас, то взлетаю вверх, то нарезаю круги. Возможно, потом, когда я стану старше, мне будет нравиться летать, но почему-то я железно уверен, что такой восторг — первый и последний, и я хочу испытывать его как можно дольше.
Нетренированные крылья начинают уставать, я понимаю, что неплохо бы вернуться в лагерь, пока меня не хватились. Вот Черноперый, мой наставник, удивится!
Но сначала… сначала я хочу еще раз взлететь как можно выше!
Я набираю высоту до тех пор, пока лес внизу не сливается в сплошной зеленый ковер. Здесь, на большой высоте, холодно и тяжело дышать, поэтому я начинаю снижаться…
…На меня падает тень. Подняв голову, чтобы увидеть облако, виноватое в этом, вместо облака я вижу огромную птицу, с расправленными крыльями парящую надо мной.
Мое сердце моментально проваливается в лапы — это же орел, гроза летающих высоко добытчиков… Ничего, ему меня не догнать — я спикирую вниз и спрячусь в листве, а до лагеря доберусь пешком. Кстати, а в какой он стороне?..
Мои мысли прерывает пронзительный клекот сверху. Вновь задрав голову, я вижу, как орел складывает крылья и начинает падать вниз, прямо на меня.
Незнакомый, пришедший из глубины души инстинктивный ужас прошивает меня от ушей до хвоста, и, сдавленно пискнув, я прижимаю крылья к бокам и тоже падаю.
До спасительной зелени всего ничего, надо бы сбавить скорость, чтобы не разбиться, но слепой ужас перед огромной хищной птицей гонит меня вниз и вниз. Я уже слышу за спиной клекот орла…
…Мир раскалывается на части, спину пронзает оглушительная боль, из горла вылетает беспомощный крик — попытка зова о помощи… и сознание накрывает темнота.
…Махнув крыльями и держа в когтях израненное кошачье тельце, орел гасит скорость, после чего медленно и величественно начинает набирать высоту, но очень скоро взлет переходит в горизонтальный полет. Он летит в сторону гор, туда, где в гнезде над пропастью пищит голодный птенец. У него в когтях добыча, и он может не подниматься в заоблачные высоты, откуда видна вся земля на многие километры вокруг. Охота была удачной.
*Пернатый – то же самое, что и оруженосец.
**Добытчик – то же самое, что и воин.
***Бесперый – то же самое, что и старейшина.
«Последний рассвет» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Последний рассвет
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (1000 слов)
Герои: ОЖП
Метки: AU, ангст, глобальные катастрофы, смерть основных персонажей
Саммари: Словно что-то разладилось в планетарных механизмах, сломав позвоночник привычной жизни, и пошло, как цунами, по всей Земле...
Примечания: Не задумывались, что бывает, если сближаются две планеты? Да, искра, буря, безумие со всеми вытекающими. А если одна из планет при этом еще и удаляется от Солнца, то вообще можно только ползти на кладбище...
ЧИТАТЬ
*****
«За что Звездное племя прогневалось на нас?»
Эта тоскливая мысль, вопрос в пустоту, обреченный оставаться без ответа, крутился в ее мозгу вот уже много дней, возможно, даже много лун.
Действительно, за что? Все последнее время племена не воевали, держалось относительное перемирие… и все равно в один прекрасный день земля дрогнула, словно шкура кота, отряхивающегося от воды.
Кажется, тот день был только началом ада.
После этого земля тряслась, почти не переставая, невозможно было устоять на лапах. Падали деревья, рушились скалы, с жутким грохотом сомкнулись берега Лунного озера, выплеснув воду, что-то тяжело и надрывно грохотало за горизонтом, покрывая небо неестественно тяжелыми серыми тучами, часть из которых потом оседала на землю, заставляя всех, кто еще был жив, заходиться в надрывном кашле, тщетно пытаясь очистить легкие от частиц пепла. Бушевали страшные ураганы, валившие остатки деревьев, как вражеский воин валит на землю котенка, в небе непрерывно громыхали молнии.
А потом в воздухе появился странный едкий запах*, от которого теперь бежало все живое, и коты начали болеть. Она отлично помнила собственный липкий ужас, помнила огонь, обжигавший легкие на каждом вдохе, помнила, как кашляли и задыхались ее соплеменники. Целитель погиб еще в самом начале катастрофы, и помочь больным никто не мог.
Племена бежали с собственных территорий, бежали к Месту-где-тонет-солнце, надеясь скрыться от разгневанной природы там. Но это им не помогло.
Она помнила, как в то злосчастное утро она пошла на берег моря, надеясь поймать пару рыбок. Вся дичь разбежалась, оставалось надеяться на рыбу.
Тщетно пытаясь разглядеть что-либо в мутной воде, она бродила по берегу взад-вперед. Темно-серое небо нависало над ней, словно силясь раздавить, в посеревшем песке тонули лапы.
С моря дул холодный ветер, она дрожала. Для конца сезона Юных Листьев такой ветер был аномалией, впрочем, а что не изменилось в этом мире? Правильный ответ — ничего.
Вдали что-то громыхало, отдаваясь сердитыми раскатами в чудом устоявших во время землетрясений береговых скалах, но этот грохот был спокойным, не предвещая беды.
Беда пришла внезапно, оглушительно пронесясь по небу и тяжело ударив по ушам. Весь мир превратился в один сплошной грохот взрыва, яростно бивший в барабанные перепонки.
Поднявшись с песка, она увидела огромную серую тучу, приближающуюся со стороны гор. Туча, вопреки всем законам физики, шла очень низко, накрывая останки леса под собой и несясь с огромной скоростью.
Инстинкт во весь голос заорал о том, что надо бежать, и она, сдавленно пискнув, метнулась в волны, загребая лапами, и нырнула.
Она плохо помнила, что произошло потом. Кажется, туча накрыла море, и верхние слои воды вскипели от жара, а пепел жуткой серой коркой, похожей на лед, лег на воду. Воздух был раскален, и она неизвестно сколько времени то ныряла, стараясь терпеть боль, разрывающую легкие, то на миг выныривала и судорожно глотала воздух, обжигаясь и кашляя.
Когда температура воздуха снизилась достаточно, чтобы выйти на берег, она пожалела, что не утонула. Весь берег был усеян кошачьими трупами. Очевидно, все племена, увидев эту смертоносную тучу, бросились к воде, надеясь спастись, но не добежали.
Трупы выглядели необычно, неправильно. Они словно окаменели, причем все разом. Пепел, спекшийся от жара, плотно покрыл тела, сохранив очертания корчившихся в агонии.
Ей было больно ступать по все еще раскаленной земле, но что значила боль в подушечках лап по сравнению с болью душевной?
Кажется, она металась между трупов, ломая когти, пыталась откопать хоть один, кричала, плакала. Выбившись из сил, она упала рядом с одним из трупов, игнорируя боль, прошившую бок, и закричала, срывая голос:
— Звездное племя, за что?!
Она кричала это вновь и вновь, пока окончательно не охрипла. Тогда крики перешли в сдавленные поскуливания, а те — в плач отчаяния — до судорог, до рези в глазах.
Спустилась ночь, мягкой, ласково-опасной тьмой укрыв истерзанную катастрофами местность. Небо все так же нависало над самыми вершинами гор, и звезд не было видно.
…Наступал рассвет. Она сидела на утесе, глядя на серые, покрытые мерзкой серой жижей волны, набегавшие на берег. Небо посерело, но солнца не было.
Подняв голову, она посмотрела на небо. Массивные серые тучи метались, подхваченные непонятным верховым ветром, пепел осыпался из них.
С моря дохнуло холодом, обжегшим и без того обожженные легкие, отдавшемся дрожью во всем теле и вырвавшимся облачком пара через рот.
У горизонта, на пределе видимости, происходило что-то странное. Словно опять смертоносная раскаленная туча спустилась с небес и, растекаясь во все стороны над водой, несла пепел, жар и смерть.
Море посерело еще сильнее, но она заметила, что перед фронтом тучи оно стремительно белеет, лишь после покрываясь пеплом.
Это был лед.
Холодные воздушные массы, внезапно получившие во много раз меньше тепла, чем обычно, скатывались вниз, к поверхности планеты, не встречая сопротивления в виде теплых воздушных масс и не нагреваясь в процессе — солнца-то не было. Они были настолько холодными, что несли смерть всему живому, как сутки назад ее нес пирокластический удар.
Она всего этого знать не могла и потому просто поднялась на отозвавшиеся болью лапы.
Внезапно тучи задвигались еще быстрее, чем раньше, небо возле горизонта начало светлеть… потом стало совсем светлым… потом в крошечное оконце в облаках пепла, не до конца очистившееся, хлынули солнечные лучи, почему-то тоже не принесшие тепла.
Но после ада последних дней она не обратила на это внимания. Она просто стояла, купаясь в солнечных лучах, которые уже не надеялась вновь увидеть, не замечая, как смертоносный холод обволакивает тело, проникает под кожу, сбивает и угнетает дыхание, покрывает тело корочкой льда, и, наконец, ледяной иглой впивается в сердце, заставляя его остановиться.
…Берег, ранее пострадавший от извержения вулкана, был покрыт льдом. Море тоже замерзло, и даже вечное движение волн прекратилось. На песке и остатках выжженной почвы лежали многочисленные кошачьи тела, превращенные в статуи и тоже заиндевелые. В горах глухо рокотал готовящийся к новому извержению вулкан.
Возле воды сидела кошка. Она, казалось, на миг задремала, не изменив позы. И только солнечный свет, играющий в покрытых ледяной коркой глазах, открывал страшную правду.
Это был последний рассвет, который увидела терзаемая катастрофами планета Земля, прежде чем она столкнулась с Марсом. После этого по Солнечной системе разлетелись осколки двух планет, враз переставших существовать.
*Испарения серы/серной кислоты. Ядовиты.
«В забытье» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
В забытье
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (650 слов)
Герои: ОМП
Метки: AU, hurt / confort, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: Он виноват был лишь в том, что не умел плавать...
ЧИТАТЬ
*****
Яркие лучи летнего солнца освещали лесное озеро, несильный ветер качал деревья на берегу. Поверхность озера была зеркально гладкой, и лишь в одном месте вода бурлила и пенилась от судорожных усилий живого существа выплыть.
Этим живым существом был обыкновенный черно-белый кот, единственная вина которого заключалась в том, что он абсолютно не умел плавать. Здесь, на середине озера, это неумение обернулось против него.
Одно оставалось загадкой: как кот, не умеющий плавать, оказался в воде, да еще так далеко от берега? Увы, рядом не было никого, кто мог бы ответить на этот вопрос.
Кот тонул. Его худоба в сочетании с большой мышечной массой, не раз помогавшей ему в драках, не давали ни единого шанса на спасение. Он вспенивал воду лапами и хвостом, но его движения были хаотичными, и он лишь иногда исхитрялся вскинуть голову и глотнуть воздуха. Он боролся за свою жизнь уже довольно долго, и его силы иссякали. Вода озера, такая тёплая и ласковая на первый взгляд, обжигала холодом уставшее тело, стискивала в своих неласковых объятиях, то и дело вставая преградой между тонущим и столь необходимым для жизни воздухом.
Начинала сказываться усталость. Движения кота становились все более вялыми. Он хотел вновь рвануться вверх, к воздуху, но не смог. Лапы резко свело единой судорогой, в глазах мелькнуло отчаяние, и белая в черной «полумаске» голова скрылась из виду. На поверхность пробилась пара пузырьков, после чего озеро, поглотившее свою жертву, успокоилось и вновь стало похоже на водное зеркало.
*****
Это было невероятное, непередаваемое ощущение. Что-то, окружавшее его со всех сторон, дарило прохладу и ласково покачивало, словно в колыбели…
Кот вздрогнул всем телом и резко открыл глаза. Мир вокруг, странно темный и наполненный солнечными бликами, расплывался от каждого движения, песок под лапами всплывал небольшими тучами, стоило лежащему на нем коту шевельнуться. В паре мышиных хвостов от его морды мелькнула юркая рыбка — и тотчас скрылась в мерно колышущихся темно-зеленых зарослях.
Кот не верил своим глазам. Он был под водой, хуже того — он дышал ей, словно рыба!
Он вдохнул и выдохнул. Различие между водой и привычным воздухом никак не ощущалось.
Он попробовал сделать шаг. Почти полная невесомость подхватила его, оторвала от дна, и он повис в толще воды.
Солнце, очередной луч которого вдруг пробился с поверхности, неожиданно отрезвило. Кот издал испуганный вой и рванулся вверх, к поверхности. Откуда-то он знал, как следовало двигать лапами и хвостом, чтобы рывок получался наиболее мощным, но сейчас ему было не до этого. Вожделенная граница воды и воздуха была все ближе, ближе…
Пробив водное зеркало головой, кот хотел всей грудью вдохнуть воздух…
Вдоха не получилось.
Казалось, вместо воздуха он набрал полные легкие огня. Со сдавленным хрипением кот буквально рухнул обратно в воду, милостиво позволившую ему отдышаться.
Он снова и снова с непонятным усердием пытался выбраться из воды, но воздух отторгал его, вызывая асфиксию, как раньше вызывала ее вода.
Отчаяние охватило его. Он метался по озеру, вздымая со дна песок. Уже через полчаса он обегал все дно, изучил всю толщу воды. Озеро держало его, не выпуская в привычный мир.
Наконец он не выдержал, выплыл на мелководье, вдохнул как мог глубоко и выпрыгнул на берег, задержав дыхание.
Почти сразу же начало жечь легкие. Альвеолы, работая на совесть, уже израсходовали почти весь кислород из того объема воды, что могла вместить его дыхательная система.
Кот начал осматриваться, но это было трудно сделать — в глазах уже начинало темнеть. Под ним подкосились лапы, прибрежный песок встретил его ударом в бок, из конвульсивно открывшейся пасти хлынула вода…
И вдруг, словно что-то невероятно тяжелое ударило мир и сотрясло его, все встало на свои места. Кота окружила холодная вода озера. Вернулась судорога, сводившая лапы, вернулось мучительное жжение в груди, вернулось меркнущее сознание, вернулась близость смерти. Из пасти, так и не закрывшейся после последнего в его жизни вдоха, открывшего окружающей воде доступ в его легкие, попытался вырваться отчаянный крик — и умер, не родившись. Глаза кота широко открылись, в них мелькнул предсмертный ужас… и вдруг их взгляд потух, словно приклеившись к одной точке в пространстве.
Чудо, на время подарившее ему возможность дышать под водой, оказалось лишь бредом, галлюцинацией, порожденной умирающим мозгом.
«Мама, это ведь не больно?» (Хантер Эрин «Коты-Воители» )
Мама, это ведь не больно?
Автор: Fire Wing
Фандом: Хантер Эрин «Коты-Воители»
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (360 слов)
Герои: ОЖП
Метки: AU, ангст, смерть основных персонажей
Саммари: – Мама, это ведь не больно?
– Нет, доченька, не больно.
ЧИТАТЬ
*****
— Мама, это ведь не больно? — задав этот вопрос, четырехлунная белая кошечка громко чихает и шмыгает мокрым носом — осень принесла с собой болезнь, а маленькая Снежиночка панически боится Волнореза, целителя племени.
— Нет, Снежиночка, не больно, — ласково отзывается белоснежная королева, и кошечка, успокоившись, разевает ротик, позволяя Волнорезу осмотреть её горлышко.
— Ничего страшного, — выносит вердикт целитель, — это даже не Белый кашель. Просто держи ее в тепле.
— А почему меня надо держать в тепле? — заинтересованно спрашивает осмелевшая кошечка, но мать не дает ей даже договорить, толкая на выход.
*****
— Мама, это ведь не больно? — по-детски наивно спрашивает ученица, недоверчиво косясь на Волнореза, стоящего с пучком паутины, намотанным на лапу.
— Нет, Снежинка, не больно, — старая воительница морщится от боли. Несколько часов назад Речное племя напало на их лагерь. Грозовые коты отважно сражались, и атака захлебнулась, но многие были ранены. Снежинке повезло, она отделалась поцарапанным ухом — это ее первое в жизни ранение. Ее матери повезло меньше — ей располосовали весь живот.
Успокоенная ученица подставляет ухо целителю, сердито бормочущему что-то об остальных пациентах и времени.
*****
Белая воительница сердито сверкает зелёными глазами:
— Убирайтесь! Это наша территория!
— Убирайтесь! Это наша территория!
Она говорит правду, этот узкий каменный карниз, под которым бездонная пропасть, принадлежит Грозовому племени — хоть это и не территория, а пшик: даже дичи тут не наловишь.
— А то что? — нахально спрашивает черный кот со шрамом на широкой переносице.
Вместо ответа белая кошка шипит, прижимаясь к земле. Группа Речных котов, издав устрашающий визг, кидается на маленький отряд.
Белая кошка дерется с наглым черным воином, тщетно пытаясь хотя бы оцарапать его — ей мешает густая шерсть наглеца. Ее саму от ранения пока спасает только ловкость и быстрота движений.
Внезапно Речной кот изворачивается и вцепляется зубами в загривок Грозовой кошки. Та взвывает от боли, инстинктивно рвется из его пасти — и, вырвавшись, на миг замирает на самом краю карниза, опасная, вновь готовая к прыжку.
Это ее и губит. Завизжав, кот с силой толкает белую воительницу в бок. Она теряет равновесие, и скользкая скала уходит у неё из-под лап.
При падении с такой высоты не выжить.
Ее мать умерла уже шесть лун назад… Может, она встретит ее в Звёздном племени?
«Мама, это ведь не больно?».
«Нет, Снежнолапа, не больно».
Белая кошка улыбается и закрывает глаза.
«По ту сторону света» (Хантер Эрин «Коты-Воители», Пираты Карибского моря )
По ту сторону света
Автор: Fire Wing
Фандомы: Хантер Эрин «Коты-Воители», Пираты Карибского моря
Категория: джен
Рейтинг: PG
Размер: драббл (650 слов)
Герои: ОЖП
Метки: AU, ангст, слом личности, смерть основных персонажей
Саммари: Какая она – жизнь после второй смерти?
Примечания: Вспомнила Остролистую, погибшую в битве с Сумрачным лесом... и получилось это.
Чисто гипотетическая ОЖП, оказавшаяся на месте Остролистой.
ЧИТАТЬ
*****
Белая пустыня без конца и без края. Жара, давящая на мозг. Однообразие, сводящее с ума.
Она не думала, что после ее второй смерти все будет так.
Прикрыв глаза, она погружается в воспоминания. Она понимает, что так только быстрее сойдёт с ума, но эти воспоминания — все, что у нее осталось.
Боевые кличи земных племен и клич Звездного племени, истошный визг котов из Сумрачного Леса, стоны тяжелораненых, шипение остальных. Эта какофония битвы давит на уши, хочется взвыть и удариться в бега. Но нельзя. Она, мертвая, сражается за тех, кто еще жив. Возможно, кто-то даже избежит смерти благодаря ей. Она разит когтями направо и налево, нисколько не щадя своих противников — ведь это лишь нежити.
В ее крови наконец-то вскипает азарт битвы, она ловит ритм ударов и начинает драться, словно танцуя. Она уже мертва, так что с ней будет? Смертельные для обычного кота раны наверняка не будут таковыми для нее — ведь она из Звездного племени! Разве что останется несколько царапин, которые она попросит вылечить кого-нибудь из Звездных целителей.
Стремительный удар, словно пришедший из ниоткуда, рушит тщательно выстроенную комбинацию движений. Она, подавившись воплем боли, шокированно смотрит на кота сбоку от себя — он уже почти забыт и кажется скорее клочьями чёрного тумана, чем живым существом.
Её задние лапы подгибаются — коты из Сумрачного Леса знают, куда бить — и она со стоном поражения валится на землю.
Она беззащитна. Она может действовать когтями на передних лапах, но толку-то — ее противник с легкостью увернется от этих ударов.
А потом мир погружается в ало-слепящее марево нестерпимой боли — это зубы кота безжалостно вонзаются в ее горло, и даже ее густая шерсть не является им помехой.
На сознание медленно наползает чернота, восприятие раскалывается от боли, но она все еще не может поверить, что смертельно ранена. Кровь, боль — неужели все это реально?
Она слышит отчаянный крик над собой — крик отчаяния кого-то, знавшего ее живой — но уже не может противиться необоримой сонливости, и даже боль утихает, становясь словно не своей.
Она закрывает глаза…
И открывает их здесь, в белой пустыне.
Она не знает, сколько она уже здесь. Ночи нет, солнце всегда стоит в зените, ветра тоже не бывает. Дичи нет, воды нет… здесь ничего нет. Впрочем, вода и еда ей уже не требуются, равно как и сон…
И все равно она большую часть времени спит, предпочитая уноситься памятью в те времена, когда она была еще жива, нежели медленно сходить с ума посреди нестерпимой белизны.
Ей становится хуже, безумие уже бродит по краю сознания. Ей почему-то упорно видится гладкий белый камень перед ней, который она все тянется потрогать лапой — и не может дотянуться. Потом камень превращается в симпатичное существо с глазами-стебельками и маленькими клешнями. Ей интересно, что же это за существо, но она даже не может его толком разглядеть — почувствовав на себе чей-либо взгляд, существо немедленно превращается обратно в камень.
Видения заходят все дальше — ей кажется, что за ней гонится целая стая этих камневидных существ, и она бежит, бежит, сдирая в кровь подушечки лап, бежит по бескрайней белой пустыне до тех пор, пока лапы не подгибаются, заставляя ее ткнуться носом в белую поверхность.
Вокруг ничего нет, но ей кажется, что рядом движется что-то огромное, дарующее благословенную тень, которая хоть ненадолго позволяет провалиться в сон без кошмаров.
Очнувшись, она слышит рядом грубые голоса Двуногих, но даже не открывает глаз, понимая, что это все равно только бред воспаленного воображения.
…Вскоре она становится не в состоянии отличить бред от реальности, она разговаривает с окружающей пустотой, не понимая, что она здесь одна. Ее преследуют кошмары, и она кричит вновь и вновь, кричит до хрипоты, до срыва голоса. Она бежит от несуществующей опасности до тех пор, пока содранные до мяса подушечки лап не начинают словно гореть огнем. Ее раны кровоточат — но на белизне нет и признака кровавого следа. Она на грани третьей смерти, но не осознает этого, запертая в собственном сознании наедине с кошмарами.
И в ее терзаемом сумасшествием мозгу бьётся последняя пока еще внятная мысль:
«Так вот ты какая, жизнь после второй смерти».
@темы: мои фики, Коты-Воители, Пираты Карибского моря